Главная Звезды Александр Зарецкий: «Мы все весьма многослойны и многогранны…»

Музыкант Александр Зарецкий, лидер группы «Старый приятель», презентовал свой первый сольный альбом под названием «Круглый бильярдный стол» («К. Б. С.»), в котором размышляет о смысле жизни, а основой звучания стал живой звук. О музыке в жизни и жизни в музыке Александр рассказал в эксклюзивном интервью «Философии отдыха».

Александр, судя по сведениям пресс-релиза, «Круглый бильярдный стол» вы сделали на основе событий собственной жизни. Каков лейтмотив альбома?

Лейтмотивом альбома является внутренний вопрос о смысле жизни, возникающий так или иначе у любого человека. Это описано в эмоциях, переживаниях, которые соответствуют разным периодам жизни личности.

Что в вашем личном «круговороте событий без начала и конца» главное?

Главное для меня – быть в гармонии с собственными представлениями о жизни. И, конечно, это важность момента настоящего, «здесь и сейчас» – не упустить его, избавляться от иллюзий и инстинктивных вещей.

Сложно было соединить психоделический британский рок с традиционными песенными формами середины ХХ века? Чем близок вам подобный, стиль и почему остановились именно на нем? Это поиск новых форм, или вы просто так чувствуете?

Для меня музыкальная часть альбома складывалась абсолютно естественно. Я делал шаг за шагом, ничего не выдумывая и не изобретая специально, не пытаясь соответствовать сегодняшним трендам или играть в битлов, с которыми часто сравнивали мои ранние песни. И то, что получилось в итоге, – это, скорее всего, честный взгляд внутрь себя без прикрас. Кстати, оказалось непросто на себя пристально посмотреть. То, из чего я сам создан, то и звучит в песнях. А так как мы все весьма многослойны и многогранны, отсюда в альбомах столько стилей.

Треки альбома связаны со знаками зодиакального круга. Как пришла в голову эта мысль, и каким образом она была реализована?

Забавно, но и тут ничего специально не подгадывалось. И если сама идея альбома изначально строилась вокруг вопроса о жизненном круговороте и надежде, что все не конечно, да и просто в желании как-то охватить такое грандиозное и непостижимое понятие, как жизнь, то в процессе микширования я увидел, что песни, как звезды, сами начали вставать в определенный порядок, и их ровно 12. При этом в процессе работы добавилась одна, как мне казалось, необязательная, песня «Клоун», а потом две планируемые отлетели.

Какие технические уловки и манипуляции с инструментами вы применяли при записи нового альбома?

Сегодня, когда цифра полностью заменила аналог, ты словно сороконожка, которая задумалась, как ноги переставлять. Вот поэтому я старался удерживать основное и не увлекаться поиском ради поиска. Но, например, в песне «Малыш» взял несколько хрустальных фужеров, добился с помощью нужного количества воды определенной высоты звука при ударе по ним и сыграл на них пластиковой палочкой. В конце «Противоположностей» я с помощью микрофона записал звук двора: просто «разогнал» усилитель и высунул микрофон в окно. А там тишина, но особая, наполненная… Получилась интересная атмосфера, которая сама по себе не слышна, но создает некий колорит звучания, и такого звука точно нет ни в одной библиотеке семплов. Мне было очень интересно заниматься чистым творчеством. На самом деле многие музыканты записывали живые звуки вокруг себя, что и делало саунд их песен неповторимым. Тому есть масса примеров.

Как долго шла работа над альбомом? Что из треков далось легко, а на чем работа стопорилась? Какие композиции претендуют на звание хита?

Работа велась очень долго, непривычно долго для меня. Я люблю все делать быстро, но тут была масса не зависящих от меня факторов. Начал я еще в 2014 году, мне хотелось каждый звук записать в живом исполнении, как это происходило в той музыке, на которой я вырос. Поэтому я не ленился и даже ради пяти аккордов на фортепиано ехал в студию, где стоит рояль, и играл эти аккорды. Из песен нельзя выделить что-то, что было делать сложнее или проще, но вокально мне по настроению трудно давалась песня «Вера». Для тех, кто послушает внимательно весь альбом от начала до конца раз пять, все песни станут хитами. Но если серьезно, то с точки зрения простоты восприятия, наверно, можно выделить «Осень» и «Клоун». Мои же любимые – это «Весна», «Противоположности» и «Вера».

На протяжении многих лет вы были бессменным лидером группы «Старый приятель». Группа продолжает существовать, или вы решили уйти в одиночное плавание?

Группа сейчас записывает программу, состоящую из множества старых песен в новых акустических аранжировках, там же будет пара свежих песен в духе классического «Приятеля». Когда-то я вместе с друзьями основал эту команду, наполнял репертуаром, делал аранжировки и пел, но сейчас мне интереснее заниматься своими сольными проектами. Прежде всего это несколько новых песен для будущего альбома, которые, в противоположность песням концептуального «К. Б. С.», написаны простым музыкальным языком.

Также мы с моим другом, поэтом Дмитрием Панаретом, сочинили большую амбициозную программу, посвященную величайшим поэтам мира. Дмитрий в рамках каждого стихотворения перевоплощался в поэта, которому оно посвящалось. Создавалась некая аллюзия с использованием стилистики, приемов и т. д.

Еще я написал 15 песен, своего рода мини-спектаклей, держа в уме идею любимейшего альбома Давида Федоровича Тухманова «По волнам моей памяти». В авторской версии я их спел сам, но основная идея была пригласить в проект разных артистов с харизматичными, яркими, узнаваемыми голосами. И я начал с того, что связался с тремя легендарными исполнителями тухмановской пластинки: Игорем Ивановым, Мехрдатом Бади и Сергеем Беликовым. Так было положено начало, а затем присоединились Сергей Мазаев, Максим Леонидов, Николай Расторгуев, Александр Маршал, Иван Ожогин… Крутая компания, ничего не скажешь. Сейчас ведем переговоры с планируемыми новыми участниками, но пока раскрывать их имен я не стану. А совсем недавно свою лепту в звучание трех песен этого альбома внес уникальный музыкант международного уровня, арфист Александр Болдачев. Эта работа сильно увлекает, так как расширяет музыкальный кругозор, ведь музыка должна быть органичной одновременно и в посвящении Есенину, и в посвящении Уитмену, Маяковскому, Лорке… Это очень разные песни. Ну и работа с профессионалами-певцами, имеющими большой опыт, также доставляет огромное удовольствие.

Битломания сегодня уже не про вас? Кого считаете своим главным учителем в музыке, кто из музыкантов для вас эталон?

Несомненно, записи битлов на меня оказали просто магическое действие. Это был сильнейший импульс к сочинению песен. Потом оказалось, что корни моей любви лежат куда глубже. Это недооцененный многими пласт советской музыки: от киношной до эстрадной и классической, от военных песен до песен из детских кинофильмов и мультиков. Просто необъятный пласт, и, пока мы росли, эта чудесная музыка исподволь прорастала в нас. Сейчас мы это начинаем все отчетливей понимать и, собираясь где-то за столом, пытаемся спеть гладковскую «Нелепо, смешно, безрассудно, безумно, волшебно…» Попробуйте сами: вряд ли получится правильно, а песня-то «поется». И это не просто ностальгия. Я вдруг стал понимать, что даже в очень простых композициях там все сделано талантливо, умно, грамотно и профессионально. Это не разочаровывает, как звуки природы. Поэтому считаю своими учителями классиков вообще и многих композиторов советского периода в частности. А в рок-н-ролле для меня номер один однозначно Джон Леннон.

С кем из музыкальных звезд, отечественных и зарубежных, вам довелось сотрудничать, и что вам дал этот опыт в музыкальном плане?

С зарубежными музыкантами, к сожалению, жизнь не пересекала, но я получал лестные отзывы от некоторых в своем роде статусных коллег. А на территории страны мне посчастливилось со многими уважаемыми музыкантами сотрудничать, некоторых я назвал выше. И практически всегда, когда вас объединяет творческое начало, для тебя партнер раскрывается с удивительной и порой неожиданной стороны. Это впечатляет. Я искренне радуюсь, что мне удалось написать песни, которые вместе со мной исполняли такие профессионалы, как Саша Иванов из «Рондо», Андрей Макаревич, Леша Кортнев, Слава Малежик, Батыр Шукенов, а, например, в цикле детских песен, который мы сочинили вместе с Евгением Осиным и Димой Дьячковым, одну из моих песен пел Михаил Сергеевич Боярский, и она для меня наиболее ценна. Отдельно хочу вспомнить и помянуть добрым словом недавно покинувшего нас Женю. У нас с ним было много совместных работ, он уникальный и неповторимый певец, лично для меня один из самых лучших в новой России.

Знаю, что, помимо музыки, вы увлекались хоккеем и авиамоделированием. Нашли ли эти увлечения отражения в ваших песнях?

Возможно, косвенно это и так, но я не ставил себе задачи написать песню про хоккей. Есть две настолько классные песни, посвященные этой игре («Синий лед» и «Трус не играет в хоккей»), что больше и не надо. А самолетная тема иногда проскакивает в словах песен, но совершенно ненавязчиво.

Вы постоянный участник фестиваля «Нашествие». Собираетесь участвовать в этом году? Если да, то какие композиции будете там представлять?

Если мы получим в этом году приглашение на «Нашествие», то обязательно примем участие. Это очень хороший фестиваль, и если будет возможность подышать его атмосферой, то с радостью! Конечно, в программе всегда остаются хиты, за этим, как правило, люди и приходят на концерты, но у меня в сольном проекте появилось несколько новых песен, которые я бы тоже с удовольствием исполнил.